Глубинная информация

"Наука и Медицина | Science & Medicine"

От Екатерины II до Кончиты Вурст. Чем запомнился 2014 год в сфере культуры

Победа российских фильмов на международных кинофестивалях, интерес зрителей к костюмированным сериалам и успех романа Захара Прилепина «Обитель» — вот то, чем запомнился 2014 год.

Уходящий киногод отметился двумя яркими победами на престижных международных фестивалях. Фильм Андрея Кончаловского «Белые ночи почтальона Алексея Тряпицына» получил на Венецианском фестивале «Серебряного льва» за режиссуру. А картина Андрея Звягинцева «Левиафан» была удостоена награды за сценарий на Каннском кинофестивале.

— Конечно, очень приятно отметить успех «Левиафана» в Канне, «Почтальона» — в Венеции и «Ангелов революции» Алексея Федорченко — в Риме, то есть на важнейших международных кинофестивалях, — говорит кинокритик Виктор Матизен. — Но если говорить о россий­ских фильмах в целом, то 2014 г. был не слабее и не сильнее предыдущих. Самые значимые картины — «Левиафан» Андрея Звягинцева, «Дурак» Юрия Быкова и «Дубровский» Александра Вартанова.

Другие интересные работы: «Да и да» Валерии Гай Германики, «Звезда» Анны Меликян, «Класс коррекции» Ивана Твердовского-младшего и «Как меня зовут» Нигины Сайфуллаевой, «Дуэль. Пушкинъ — Лермонтовъ» Дениса Банникова и «Пациенты» Эллы Омельченко. Нельзя не упомянуть и о самом громком провале года — «Солнечном ударе» Никиты Михалкова, собравшем множество уничижительных отзывов и мизерные сравнительно с гигантским бюджетом деньги в прокате.

В прочих отношениях киновед был хуже некуда из-за возмутительных действий Министерства культуры — цензурного запрета прокатывать фильм Хусейна Эркенова «Приказано забыть», выселения Института киноискусства из занимаемого им здания, назначения вопреки протестам общественности нового директора Музея кино и отказа в государственном финансировании «Артдокфесту» из-за политических претензий министра культуры к организатору фестиваля Виталию Манскому.

На экране история

В уходящем году наблюдался настоящий бум исторических фильмов и сериалов. «Григорий Р.», «Бесы», «Екатерина», «Оттепель», «Поддубный», «Солнечный удар», «Василиса» — это лишь одна десятая часть картин этого года, отсылающих зрителя к эпохам прошлого.

— Во-первых, интерес к костюмированным, историческим, фильмам довольно устойчив, особенно среди зрителей старшего поколения, — считает искусствовед Даниил Дондурей, главный редактор журнала «Искусство кино». — Людям всегда интересны истории на фоне быта других эпох, на фоне других нравов и отношений. Это свойственно не только россий­скому зрителю. В той же Англии, например, ежегодно снимается просто огромнейшее количество исторических сериалов, которые потом, кстати, закупает наш канал «Культура». Во-вторых, интерес отечественных кинематографистов и зрителей к историческим картинам связан с новой идеологической доктриной, превалирующей последние пару лет. Согласно ей все ответы на вопросы о будущем нужно искать в прошлом. Будущее будет таким же, как и прошлое, — говорят нам. И естественно, на этом фоне главной гуманитарной наукой стала история, в том числе и в кино. Кроме того, основная интерпретационная составляющая новой доктрины сводится к поискам доказательств сильного государства. И доказательства эти ищут опять же в прошлом.

В свете всего вышеперечисленного качество исторических фильмов и сериалов становится совершенно неважным. Более того, чем хуже, чем проще рассказана история в тех же сериалах, тем больше аудитория, а это главная задача заказчиков этой телепродукции. Как правило, эти многосерийные картины создаются для потребления в текущий момент. Создатели не задаются целью снять кинохит на все времена, не стремятся к тому, чтобы их телекино купили каналы в других странах и, уж тем более, чтобы киноведы и критики писали по поводу их картин книги и диссертации, как по фильмам Тарковского, Эйзенштейна или Ромма. Главное, чтобы побольше зрителей прильнуло к экрану — а после о картине можно благополучно забыть.

«Обитель» не обидели

В литературном мире одним из главных событий стал роман Захара Прилепина «Обитель». Именно это произведение было удостоено премий «Большая книга» и «Книга года».

О роли и значении подобных премий и истинном положении дел в литературе говорит Юрий Поляков, писатель и главный редактор «Литературной газеты».

— Комментировать современный литературный процесс бессмысленно, потому что читатель целенаправленно много лет дез­ориентируется с помощью различного рода премиальных акций, таких как «Букер», «Большая книга», «Национальный бест­селлер». В результате много лет тасуется одна и та же засаленная колода литературных авторов. И если я скажу, что настоящими литературными событиями года стали, допустим, выход трёхтомника прозаика Веры Галактионовой, или новые профетические тексты Тимура Зульфикарова, или поэтическая книга поэта из Владимира Дмитрия Кантова, то читатели просто не поймут, о ком идёт речь. Потому что мы имеем ситуацию, когда тотально замалчиваются реальные литературные события и раздуваются имена, которые на самом деле являются рукотворными либеральными симулякрами или патриотическими проектами.

Механизм «олауреачивания» незатейлив и, как правило, к самой литературе отношения не имеет. Но вот что печально: если признание (в том числе и премии) приходит к писателю раньше мастерства, то мастерст­во уже не придёт к нему никогда. Во всяком случае, за сорок лет работы в литературе обратных примеров я не наблюдал.

А что касается романа Прилепина, то, сознаюсь, я его так и не осилил, хотя дважды принимался читать. Не моё. Не люблю прозу со спущенными чулками. А если мне захочется почитать хорошую прозу о ГУЛАГе, я лучше обращусь к первоисточникам. Например, к великой книге соловецкого узника Олега Волкова «Погружение во тьму», кстати, не отмеченной никакими премиями.

Информация использована с сайта Новости@Mail.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

"Глубинная информация" © 2007-2015 Frontier Theme